13:04 10/10/2014 Екатерина Лосецкая 0 1650

Международный мастер по шахматам Андрей Ободчук: о любви, шахматах и судьбе

Андрей Анатольевич – единственный в мире инвалид, завоевавший звание международного мастера по шахматам. Может играть на шести досках одновременно с закрытыми глазами, говорит на нескольких языках.

Андрей Ободчук / Из личного архива

Андрей Ободчук родился совершенно здоровым ребёнком. Но в Тюмени началась вспышка полиомиелита, – предпоследняя в России. Маленькому Саше поставили страшный диагноз и дали максимум полгода жизни…

Сейчас Ободчуку 59. Его называют югорским мыслителем. Он – единственный в мире инвалид, завоевавший звание международного мастера по шахматам. Может играть на шести досках одновременно с закрытыми глазами, говорит на нескольких языках и объехал всю Европу, попутно изучая немецкую литературу и философию.

Досье:

Андрей ОБОДЧУК родился в 1955 г. в Тюмени. В 1978 г. окончил ТюмГУ по специальности преподаватель немецкого языка и литературы. Семикратный чемпион мира по шахматам IPCA, девятикратный чемпион России по шахматам. Международный мастер по шахматам. Его книга «Дебют четырёх коней» переведена на множество языков мира. Не женат.

Как Форест Гамп

– Андрей Анатольевич, говорят, вы не любите чёрный цвет. Почему?

– Такого цвета был мой ортопедический каркас. Нечто похожее носил маленький Форест Гамп в одноимённом фильме. Только у него он был до колен, а у меня до пояса. От железок оставались тёмные отметины на ногах, похожие на стигматы. Они болели и кровоточили. Но я выбирал эту боль – сидеть дома было невыносимо. Многие инвалиды замыкаются и предпочитают жить в своём мирке или нереальном мире интернета. Но это тупик. Я счастлив, что в моей юности не было сетевой паутины – приходилось самому на негнущихся ногах идти до школы, библиотеки, института. Знакомился с интересными людьми. В тех же шахматах человек очень важен. Когда играешь вживую – можно видеть его глаза, понять, нервничает ли он, а общение через интернет бездуховно. Хотя, иногда нет другого выхода…

– И тогда вы играете с компьютером. Кто сильнее?

– С точки зрения логики – компьютер. Хотя машина игнорирует и тактику, и стратегию. Она просто просчитывает ходы на основе математического алгоритма. В её памяти – миллионы ходов, а в моей – от силы пара тысяч. Но в несовершенстве человека – его прелесть. Задумайтесь, что было бы, если бы все биатлонисты метко стреляли? Или все были бы идеальными… Поэтому, когда вас кто-то обидел – скажите про себя: это всего лишь человек.

– После операции вы смогли ходить на костылях. Насколько это изменило вашу жизнь?

– Она развернулась на 180 градусов. Правда, не сразу. Из больницы я, на своих двоих, отправился прямиком на кладбище – умерла мама. Это был единственный раз, когда я опустил руки – на нервной почве стал покрываться гнойными ранами. Мне казалось, что я умираю. Спасло меня разрешение выехать за рубеж. До этого инвалидов за границу не выпускали – считалось, что в СССР калек нет. И у меня не было возможности набрать необходимые баллы, чтобы стать международным мастером по шахматам. К 1994 году я набрал нужную сумму – всё получилось. Когда переехал в Югру – мой рейтинг поднялся до 2450 очков.

Три апельсина

– А как встретила вас Европа?

– Угрюмо. На Всемирную Шахматную Олимпиаду в Югославии я прибыл с 27 долларами в кармане и поселился в самой дешёвой ночлежке. Ел по три апельсина в день и ходил пешком на костылях до места соревнований и обратно. На это уходило три часа. Однажды я так устал, что уснул в привокзальном ресторане и чуть не угодил в полицейских участок. Впрочем, и не такое случалось. В «лихие девяностые» мы с моим другом Веней Сергеевым стали спекулянтами – играли на разнице доллара и рубля и чуть не погорели на этом. Потом занялись торговлей – закупали в Польше ножницы, бритвы и плоскогубцы и продавали это добро на наших рынках – ходовой был товар.

– Разве шахматисты мало зарабатывают?

– Первая сотня гроссмейстеров из рейтинга FIDE живёт неплохо. Остальным заработать исключительно на игре в шахматы, сложно. Россиян в FIDE мало. А в целом умников много – 150 гроссмейстеров и около 500 международных мастеров. Они работают преподавателями иностранных языков, математики, физики. Бизнесменов мало. Чаще всего шахматисты зарабатывают, играя покер – здесь тоже нужно много запоминать и думать. Я пробовал – не понравилось. Но гроссмейстер Александр Грищук живёт только за счёт карт. А однажды я встретил своего ученика на вокзале в Тюмени. Подошёл ко мне двухметровый шкаф и сказал басом: «Андрей Анатольевич, здравствуйте, это Петя Сазонов», я глянул – точно он! Чемпион России по шахматам среди мальчишек до 12 лет. А нынче – смотрящий, вор и рэкетир. Через пару лет его убили в потасовке. Так что успехи в шахматах не гарантируют светлого будущего. Надо и в жизни головой думать. Всегда и во всём быть на шаг впереди.

– У вас скоро юбилей. С какими мыслями подходите к круглой дате?

– Жизненных вывода два. Первый – деньги надо тратить. Второй – нужно радоваться мелочам. Я во многом себе отказывал. В институте носил рубашки и брюки из ткани, выданной отцу-офицеру для спец-формы. А однажды, выиграв крупную сумму денег в шахматном турнире, отложил их на чёрный день. Деньги украли. Теперь стараюсь жить настоящим. Впервые в жизни планирую отпуск с любимой женщиной. Не поверите, ни разу не был в отпуске в обычном понимании этого слова. Всегда рядом были шахматы и компьютер. Но в жизни главное всё-таки не шахматы, а любовь.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий